Moderator

Цех фальшивых монет

1 сообщение в этой теме

До революции владимирские умельцы выпускали фальшивые деньги в промышленных масштабах. Но отвечать за это пришлось не владельцам производства, а простым мастерам.

tsekh-falsh-monet-01-400.jpg

Около города Радужного в поселке Коняево есть завод электроосветительного оборудования - ЗАО «Свет».

Хорошо известные во Владимирской области и за ее пределами люстры и светильники коняевский завод начал производить всего лет 60 назад. А до этого на предприятии занимались производством сельскохозяйственного инвентаря и кресел для тракторов Владимирского тракторного завода. Основан завод был в конце XIX века крестьянином деревни Коняево Ефимом Ковалевым исключительно как производство серпов. Началось все с одной кузницы и точильни, но уже к 1913 году производство обросло огромной территорией, было выстроено множество цехов и складов, конный привод заменили нефтяными двигателями.

Хозяева пристально следили за развитием технической мысли. Ефим Ковалев несколько раз даже ездил в передовую Англию, чтобы не отставать от прогресса. На фабрике использовали самое современное оборудование. Ковалев сам придумал гнульную машину, благодаря которой сильно упрощалось и удешевлялось производство серпов. «Везде применялся ручной способ гнутья серпов, когда необходима масса рабочих; при машинном гнутье число рабочих уменьшается более, чем вчетверо». Тщательно оберегаемая от любопытных конкурентов, секретная машина стояла в специальной мастерской.

tsekh-falsh-monet-02.jpg

Завод, выпуская более миллиона серпов в год, стал в Российской империи главным производителем этого незаменимого в ту пору в сельском хозяйстве орудия труда. Серпы с фирменным клеймом Ковалевых - «рюмкой офени» развозили по всей стране, и даже добирались до Китая, Японии, Индии, Швеции, Румынии, Сербии, Болгарии, Турции. Так что прототипом одного из двух главных символов советского государства, изображенного на гербе СССР и олицетворяющего крестьянство как класс, возможно был именно наш владимирский серп.

Но, похоже, хозяева фабрики жали прибыль не только серпами. До сих пор в Коняево и округе ходят рассказы о том, что заводчики Ковалевы вместе со своим шлифовальщиком Ястребовым тайно изготавливали фальшивые деньги. Подтверждение этому нашлось в одной из дореволюционных владимирских газет.

В феврале 1907 года во Владимирском окружном суде слушалось дело по обвинению слесаря коняевской фабрики Алексея Ястребова в изготовлении фальшивых пятирублевых золотых монет. За год до этого – 16 февраля 1906 при обыске в мастерской Ястребова с целью изъятия чертежа той самой секретной гнульной машины, который слесарь якобы изготовил для конкурентов Ковалевых за 50 рублей, в шкафу на стене был найден целый мини-монетный двор:

1) сделанная из медного ружейного патрона формочка в двух частях с гипсовыми изображениями лицевой и обратной стороны 5-рублевой золотой монеты, т.е. портрет императора Николая II и государственного герба с соответствующими надписями;

2) медное кольцо с гипсовым отпечатком одной стороны 5-рублевой золотой монеты, а именно, государственного герба с надписью «5 рублей 1899 г.»;

3) 34 стальных гравировальных пунсона или сечки с изображением букв, цифр и других знаков;

4) стальной штамп (пунсон) в виде короткого зубила, с концом, изображающим портрет императора Николая II, в размере 5-рублевой золотой монеты;

5) металлическая пластинка с 3 пробными оттисками золотой 5-рублевой монеты;

6) шесть кружков желтой меди величиной в 5-рублевый золотой;

7) два цинковых кружка величиной с двугривенный;

8) фальшивая монета в 20 копеек, сделанная из цинка;

9) восемь старинных и порченных монет, серебряных и медных.

Еще более занятные вещи нашли при повторном и более тщательном обыске через два дня под полом за печкой в той же секретной комнате, в шкатулке: 21 фальшивая монета 5-рублевого достоинства, а так же:

1) прибор для штампования монеты 5-рублевого достоинства, состоящий из 2 колец, двух штампов с изображением герба и портрета государя императора и так называемого «пестика» от эксцентрического пресса, на конце которого имеется выгравированное изображение головы императора;

2) металлическая формочка для отливки рублевой монеты 1897 года из двух половинок с гипсовыми оттисками лицевой и обратной стороны этой монеты;

3) запас хлористого золота для золочения монет;

4) 4 стальных штампа с концами в виде кружков, величиной – два в 5-рублевую золотую монету, одна в монету 15 копеек;

5) несколько кусков различных металлических сплавов;

6) кусок олова;

7) лист красной меди весом в 1 фунт 46 золотников;

8) несколько пластинок и обрезков красной меди;

9) кусок дерева с вырезанным в нем отверстием размером в 5-рублевую монету с золотыми блестками на дне его;

10) деревянная формочка для литья с остатками гипса;

11) железный ковш с застывшим салом;

12) увеличительное стекло;

13) берестовый фонарь.

tsekh-falsh-monet-03-400.JPG

Специальные исследования на Петербургском Монетном Дворе доказали, что найденные у Ястребова фальшивые пятирублевки изготовлены найденным у него же прибором для штампования, а все остальные предметы признаны подходящими для фабрикации фальшивых монет: гипсовая формочка в металлической оправе – для отливки фальшивых рублей, формочка из ружейного патрона и форма с изображением герба – для отливки 5-рублевых монет, стальные пунсоны – для нанесения надписей на монетах.

Первоначально Алексей Ястребов виновным себя в изготовлении фальшивых монет не признал, сказав лишь, что несколько лет назад делал попытки изготовления 5-рублевых монет с помощью им же сделанных штампов и формочек, но попытки успехом не увенчались. Однако, впоследствии, слесарь показания свои изменил, заявив, что занимался фальшивомонетничеством с 1898 года по наущению никого иного, как сына Ефима Ковалева – Дмитрия Ковалева.

Ястребов, по его же словам, стал жертвой хозяйских интриг. Он устроился на коняевский завод на достаточно скромные 20 рублей в месяц. Но вдруг, по его словам, хозяева начали приближать его к себе, увеличили жалование до 40 рублей, оказывали большое доверие, «и чтобы окончательно прикрепить...женили на местной крестьянке» Наталье Борисовне Макаровой. После этого Дмитрий Ковалев, якобы, стал захаживать к Ястребову в мастерскую и соблазнять его рискнуть и сделать фальшивые деньги. Показывал поддельный двугривенный и добавлял: «Вот это мастера так мастера»! И однажды Ястребов согласился.

Первые опыты с гипсовыми формами успеха не принесли, тогда начали штамповать путем особой сечки и с помощью привезенного Ковалевым штамповального прибора. «Опыты были удачны, пятерки выходили настолько чисто, что нельзя было отличить от настоящих. Приступали к работам два-три раза в неделю, в летние месяцы, когда завод не работал, и каждый раз вырезали или штамповали штук по сто. Монеты Дмитрий Ковалев уносил с собой. Где производилась окончательная отделка монет, их золочение – Ястребов не знал. Каждый раз он получал за эту сверхурочную работу от Ковалева по два-три рубля».

По словам Ястребова, в итоге его замучила совесть, но как только он начинал об этом заговаривать с хозяевами, ему грозили судом. Потом вдруг нашелся повод избавиться от слишком совестливого слесаря: подозрение в продаже конкурентам секретов завода, за чем последовал обыск, компрометирующие находки и арест. При аресте Ястребов, по его словам, имел разговор тет-а-тет с хозяевами, где просил Ковалевых позаботиться о его жене и детях, учитывая, что он всю вину возьмет на себя. Но как только Ястребов узнал, что его семья тут же после его ареста лишилась и квартиры, и содержания, свои первоначальные показания изменил и сделал заявления, компрометирующие Дмитрия Ковалева. Жена Ястребова на суде рассказала, что кто-то из Ковалевых дал ей «полусотку», просил ее сходить к мужу и уговорить его снять оговор с хозяев.

Защита просила дело направить на дорасследование, потому что, по ее мнению, не все причастные к делу сидят на скамье подсудимых. «…судейская совесть не может быть спокойна, вынося отдельный приговор Ястребову, что на судебном следствии выяснились новые данные, с несомненностью указывающие на то, что не один Ястребов виноват в изготовлении фальшивой монеты, что повинны в том и другие лица, построившие на этом преступлении свое благополучие, а Ястребову уступивши только скамью подсудимых». Прокурор же, напротив, поддержал обвинение в полном объеме.

Присяжные совещались полчаса и решили, что выносить приговор действительно рано и направили дело на дорасследование. «Приговор был покрыт громом аплодисментов, на что председательствующий заметил: «Так нельзя, здесь не театр».

Что еще откопали следователи, и чем закончилось дело Ястребова — неизвестно. Газета, вскоре после первого судебного процесса, прекратила свое существование. Другие издания на суд над фальшивомонетчиком внимания не обратили. С определенной уверенностью можно сказать лишь о том, что заводчик Дмитрий Ковалев привлечен к ответственности не был. Он продолжал вполне удачно управлять серповым заводом вплоть до Октябрьской революции.

1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас